Рубрики
Дизайн

Дэвид Карсон, The End of Print

The End of Print: The Grafik Design of David Carson. By Lewis Blackwell + David Carson. 2000 (Revised edition)

Знаменитую книгу Дэвида Карсона «The End of Print» видели многие, но по понятным обстоятельствам мало кто пытался её читать. Ниже мы пытаемся восполнить этот гипотетический пробел несколькими отрывками, показывающими, в каком русле текут идеи Дэвида.

Отрывок I

…«Карсона стали считать то ли ведущей фигурой движения графического экспрессионизма, то ли главой деконструкционистского подхода. Однако сам он не хотел бы ни одного из этих титулов. Хотя Карсон действительно может занимать место лидера, он никогда не работал, не преподавал и не писал так, как если бы пытался провозгласить себя лидером какой-то группы или тенденции; в самом деле, это удивительно, как он отрезан в некоторых отношениях от других частей сообщества дизайнеров, работая в маленькой студии в Сан Диего, южная Калифорния, а до этого — дома в Дель Мар, на севере города. Это не совсем Аляска, но это далеко от центра, на краю страны, вдали от какой-либо постоянной группы или дизайнерской тусовки, от таких мест, как Нью-Йорк и Лондон. Карсон пользуется телекоммуникациями, автострадами и аэролиниями, чтобы встречаться со своими клиентами, участвовать в семинарах и давать лекции. Вся проводимая им «евангелизация» осуществляется лишь благодаря притягательности его работ в журналах, книгах и рекламе. Все эти средства его самовыражения являются коммерческими проектами — в отличие от продукции, выдаваемой школами дизайна и теоретическими журналами, существующими для того, чтобы обслуживать самих себя, отдельную аудиторию или рыночную нишу.

Несмотря на свой коммерческий характер, работы Карсона часто приводили в расстройство любителей подчёркивать, что дизайн должен «быть функциональным». В определенном отношении дизайн Карсона действительно функционален, иначе он не имел бы клиентов и его арт-директорство в журналах не длилось бы дольше одного номера. Но главным постулатом критиков было то, что требования функциональности обязывают дизайн или повиноваться установленным, общепризнанным принципам, или нести на своей поверхности объяснение любого радикализма. Похоже, от графического дизайна часто ожидают или прозрачности, или соответствия предыдущему опыту и ценностям зрителя, а может быть, и того, и другого. Если дизайнер предлагает новый подход, от него требуется заявить об этом декларацией о намерениях, скорее подчёркивая свои принципы, чем просто делая то, что он делает. Карсон постоянно бросал этому вызов своей работой, не признающей теорий. Поэтому тот факт, что ему действительно удалось найти отклик у своей аудитории, не удержал критиков от утверждений, что его работы в некотором отношении неполноценны.»

Отрывок II (из венецианского интвервью Дэвида)

Л Ты не склонен возвращаться к своим прошлым работам; кажется, ты ценишь только современные идеи. Ты — популист, стремящийся делать то, что заставит людей восхищаться?

Д Я не сижу на месте, вопрошая себя, что Поколение Икс хочет увидеть дальше. Я делаю то, что имеет наибольший смысл для меня в конкретном проекте.

Л Ты стараешься привнести в коммуникацию что-то, что есть в тебе самом, что-то, что ты любишь. Это скорее подход художника, чем прямой ответ на поставленную задачу. Это означает, что ты порываешь с идеей дизайна как квазинаучного процесса и вместо этого делаешь его чуть-чуть мистическим. Так что же ты привносишь в него?

Д Это очень личный, истолковательный подход. Он делает окончательный продукт более интересным — нет другого пути, которым ты мог бы к этому прийти, нет формальных правил, которые ты мог бы перенести на то, с чем я работаю, и получить то же самое решение. Я думаю, так ты приходишь к более интересному и более эффективному результату. Я пользуюсь своей интуицией, стараясь выразить вещи, которые читаю, тем способом, который имеет для меня наибольший смысл. Нужно подчеркнуть это серьезное отличие: я не стремлюсь найти «то, чего они хотят».

Л Вместо этого ты показываешь им то, что ты хочешь?

Д Да. Если ты не вложишь в дело самого себя, оно может стать мёртвым и скучным. Многие дизайнеры не делают этого, и это объясняет, почему вокруг так много скучающих дизайнеров и скучного дизайна. Один человек сказал с целью задеть меня, что все, что я сделал, было потворствованием своим желаниям. Я ответил бы ему: я надеюсь, что оно действительно было таковым. Именно тогда и получается самая лучшая работа. Люди используют идею следования своим желаниям в негативном смысле, но я бы не хотел, чтобы кто-то работал для меня без страсти, не стараясь изо всех сил сделать лучшее, что может. Он должен привнести в работу что-то свое, иначе я мог бы с тем же успехом нанять вместо него простого верстальщика…

Отрывок III

«В сегодняшнем дизайне содержание — это предмет больших дискуссий. Вопрос заключается в том, какова связь между визуальным и вербальным языками. Мы полагаем, что нам так хорошо знаком наш язык, и оказываемся в шоке, обнаруживая, что никогда не воспринимали его в чистом виде, без окрашивания процессом передачи. Мы привыкли идентифицировать слова с содержанием и потому видим их или как сверстанный и, возможно, иллюстрированный текст, или, может быть, как сценарий, исполняемый прямо на месте действия или перед камерой, опять же заключённый в каёмочку и различными способами иллюстрированный. Однако мы всё больше сознаём, что сами эти слова меняются на лету: в игру вступают ударение, контекст, отвлекающие факторы. И мы начинаем понимать, что слова не могут существовать в коммуникации без некоторой формы их говорения; таким образом, форма этого визуально-вербального языка и автор этой формы неизбежно выходят за пределы слова писателя.»

Большая часть текста написана Льюисом Блэквеллом — креативным директором Getty Images.

Заметки по теме:

Ссылки по теме:

Рубрики
Будущее

Тейяр де Шарден

Жил однажды мальчик, который любил собирать камешки. Особенно нравились ему сияющие кусочки халцедона, которых много было в окрестностях, потому что невдалеке находились древние потухшие вулканы. Камешки казались ему вечными.

В шесть лет мальчик в одиночку отправился в горы, чтобы узнать, что находится внутри вулкана.

Звали мальчика Тейяр де Шарден (Teilhard de Chardin). В 18 он вступил в Общество Иисуса, еще через 12 лет, в 1911, стал священником, начал работать как ученый-палеонтолог, прошел I мировую санитаром и вернулся в Париж к научной работе кавалером ордена Почетного легиона, полученного за бесстрашие и самоотверженность.

Детская мечта имеет гораздо большую силу, чем мы думаем, когда вступаем во взрослую жизнь. Поиски вечного в природе привели Тейяра к идее о том, что эволюция есть возрастание сознания, в рудиментарных формах присутствующего в мире с самого начала.

В начале 20-х лекции Тейяра собирали многочисленную аудиторию благодаря его оригинальным идеям, давшим эволюционизму христианское обоснование. Однако эти идеи шли вразрез с официальным учением Церкви того времени, и после запрещения публиковать теологические работы Тейяр меняет кафедру на походную палатку. С тех пор палеонтологические экспедиции, принесшие науке немало открытий (Монголия, Китай, Индия, Индонезия, Африка), были для Тейяра единственным возможным местом трудоустройства. Тейяр был, в частности, одним из ученых, обнаруживших останки синантропа. Вторую мировую он пережил в оккупированном японцами Пекине, откуда не успел эвакуироваться, практически без связи с внешним миром. Там и были написаны важнейшие работы, включая «Феномен человека».

По возвращении из Китая Тейяр после недолгого пребывания во Франции отправился в Нью-Йорк, откуда дважды путешествовал в Африку. Эссе и лекции Тейяра ходили в списках. Все основные работы были опубликованы только после смерти (1955).

Хотя формально Тейяр, будучи палеонтологом, исследовал прошлое, на самом-то деле его интересовало будущее. Именно в этой области лежат его основные идеи, до сих пор, кстати, вызывающие жаркие споры. Изложить их в нескольких строках я бы, пожалуй, не взялся. На русском языке можно почитать «Феномен человека» и самому сделать выводы.

Ссылки по теме