Рубрики
Разное

Главное наше препятствие — это мы сами

Главное наше препятствие — это мы сами, когда не следуем своему пути. Компас на этому пути — это регулярная проверка своих планов и действий на родство с мечтой. Мечта больше нас, поэтому она — источник большего, источник роста в нашей жизни. А стремление к большему и есть путь. Статьи по теме: Путь силы

Рубрики
Литературные опыты

Фрагменты книги: Рим

Продолжаю делиться фрагментами книги, которую я пишу. Ниже рассказ о том, с чего все началось.


Я никогда не видела Рима. В мечтах он представлялся мне больше и размашистее, чем на самом деле, с просторными, гудящими от ветра проспектами, где высились величественные здания и вздымались к небу мощные колоннады. Рим моих фантазий был жилищем мудрецов и философов, алхимиков и геомантов, монахов и теологов, величайшим городом мира, средоточием земной и божественной мудрости. Рим взывал ко мне, как раскрытая книга. Я не знала, что именно мне предстояло в ней прочесть, но это были знания, древние, как сам этот город, и глубокие, как воды Тибра.

Но это еще не все. Во мне жило и другое чувство — примитивная гордость дикаря и завоевателя. Как и многие другие провинциалки, я втайне мечтала покорить Рим, присвоить себе все то богатство, которое по моему мнению в нем заключалось. Какая-то часть меня была авантюристкой, разбойницей, кельтской бестией, мечтавшей под покровом ночи прокрасться в Рим и завладеть его сокровищами.

В снах я видела себя птицей, реющей над покинутыми храмами Вечного города. Поднимаясь все выше, я неслась над холмами, лесами и реками, блестящими, словно ртуть, в пламенеющих сумерках. Вдалеке виднелось море. Боги оставили Вечный Город много столетий назад, но я знала, как вернуть ему дыхание Духа. Потом на город опускалась ночь и над землей зажигались таинственные огни.

[отредактировано]

Открывая глаза, я вспоминала, что я всего лишь застенчивая девочка с веснушками и неоконченным высшим, третий месяц работающая в рекламном агентстве. Однако мечта о Риме не давала покоя. Вечера напролет я проводила в интернете в поисках подходящего тренинга, который мог бы послужить поводом для поездки. После двух языковых курсов я уже довольно сносно говорила по-итальянски, поэтому была уверена, что справлюсь.

К сожалению, итальянцы, судя по всему, совершенно не интересовались ни рекламой, ни ни созданием идей, — единственными темами, которые могли бы привлечь внимание моего шефа. Долгое время я не могла найти ничего подходящего, пока наконец мне не попался на глаза маленький тренинговый центр, расположенный на окраине Рима. В расписании тренингов значилось: «Фила — техника создания идей для любых проектов». После нескольких дней сомнений я решилась и отослала заявку. Шеф, взглянув на описание тренинга, только пожал плечами, но поскольку я ехала за свой счет, не стал возражать и подписал отпуск. Я была свободна.


Как вы заметили, главный герой — девушка. Что касается техник написания текстов, в этот раз использовал только фрирайтинг (в несколько заходов). Очень ценю вашу обратную связь — буду рад услышать о ваших впечатлениях.

Рубрики
Семья

Маленький опыт арт-терапии своими силами

pic

Я услышал раскат плача из соседней комнаты и через минуту ко мне вошел пятилетний сын.

— Что случилось? (Типичный вопрос, и не совсем неправильный, но об этом в другой раз).
— Тима (старший брат) меня обидел. Пойдем, скажи ему что-нибудь.

Обычно я в таких случаях шел и читал старшему брату длинную нотацию о том, что маленьких нельзя обижать. Тима в ответ обижался на меня и уходил.

Но в этот раз мой взгляд упал на лежащий рядом лист бумаги, и я решил попробовать решить проблему посредством рисунка.

— Нарисуй, как тебе сейчас грустно, — предложил я, показывая на лист.
— Я не умею.
— Какой цвет ты бы выбрал для этого?

Я пододвинул к нему стаканчик с фломастерами. В его глазах зажегся огонек интереса, и он ответил:

— Бежевый.

Я не ожидал такого ответа. Обида в моем представлении была синей. Бежевого как назло не оказалось. Тогда я предложил:

— Нарисуй просто линии, какие они? Круглые, острые?

Сын берет фломастер (синий :) и рисует одну длинную линию через весь лист. Потом, подумав, рисует над ней группу точек.

— Это слезы.
— А что с ними будет потом? — спрашиваю я.
— Их выпьет солнце.
— Нарисуй солнце.

Рисует солнце с длинными лучами, но все же не доходящими до слез.

— Как оно их выпьет?
— Не знаю… (улыбнувшись) Может быть, через трубочку?
— Может быть. Нарисуешь?

Он нарисовал лучи-трубочки к первым нескольким каплям, а потом соединил все остальные между собой.

— А что потом? — спросил я. Подумав, он нарисовал облачка и объяснил, что слезы теперь превратились в них.
— Что будет дальше?

Сын задумался. Я хотел было ему предложить, что облачка унесет ветер, но удержался. Он нарисовал цветок и объяснил:

— Дождь упал на землю, и вырос цветок.

Подумав, он вдруг спросил не то меня, не то себя:

— Чего здесь не хватает?
— Как тебе кажется? — я вновь не позволил себе давать советы.
— Дома.

Он нарисовал дом, потом пруд с рыбами, лужайку с травой и сад с цветами. В конце ему показалось очень важным дорисовать цветам корни, и рисунок был готов.

— Ты уже не грустишь? — спросил я.
— Нет.

Когда мы отсканировали получившийся рисунок, он принялся рисовать новый, а когда ему понадобился клей, без проблем пошел попросить брата его найти.

Несколько пояснений

Самый привычный способ, которым мы реагируем на негативные эмоции окружающих, — это отрицание. Мы не хотим, чтобы другие испытывали негативные эмоции, потому что за ними может последовать насилие и деструктивные действия, и поэтому всячески пытаемся избавиться от них (как правило, одним из манипулятивных способов, которых человечество немало выработало за свою историю). Что интересно — чем больше мы отрицаем негативные эмоции, тем сильнее они становятся.

Не-манипулятивных способов гораздо меньше. Все они связаны с эмпатией — принятием как факта эмоций другого человека, признанием за ним права их испытывать и выражать, и осознанным сопереживанием. Один из таких способов — совместное придумываение истории-метафоры, позволяющее в безопасной форме выразить проблему и больше известное под названием «арт-терапия».

Когда мы слышим слово «арт-терапия», нам представляется что-то очень сложное, требующее долгого обучения, а также ватманов, красок и огромного количества свободного времени. На самом деле главное, на мой взгляд, — умение не мешать и задавать правильные, то есть не манипулирующие вопросы. Мы часто не доверяем менее опытному человеку, особенно ребенку, не верим, что он может решить проблему своими силами, хотя, если разобраться, реальная ситуация и его реальные возможности известны именно ему, а не нам, да и действовать нужно будет тоже ему.

Естественно, этот способ работает не всегда и его не получится использовать слишком часто. В следующий раз я расскажу подробнее про другие варианты. И конечно же, буду рад услышать о вашем опыте.

Тех, кто серьезно интересуется семьей, приглашаю на нашу майскую программу, где в дополнение к основной части в этот раз будет серия мастер-классов «Создание устойчивой семьи».

Книги по теме:

  • Окна в мир ребенка. Руководство по детской психотерапии. Оклендер Вайолет
  • Как говорить, чтобы дети слушали, и как слушать, чтобы дети говорили. Адель Фабер, Элейн Мазлиш